был особенно быстр в расчетах, и его лекции порой становились пыткой для тех, кто их читал, поскольку он пропускал многие шаги, полагая, что рассуждения и расчеты, проходящие у него в голове (и что он не писал на доске) были настолько тривиальны, что их мог понять любой.
Во время лекции об идеальных газах ему вежливо объяснили, что дело обстоит иначе, и Больцман покорно пообещал изменить свои привычки.
И он продолжил свое изложение: «Как я уже говорил, поскольку Пи, умноженное на Vu, равно Пи, умноженное на 0, на Vu, на 0 раз (1 + альфа t), отсюда следует, что... с другой стороны, тройной интеграл от f (x,y,z)dxdydz распространился на область...», но не написав, как обычно, ни одной записи на доске.
Как раньше, или еще хуже.
Непонятный урок завершился фразой, которой суждено было стать исторической: «Надеюсь, что сказанное мной так же ясно для вас, как и то, что один плюс один равняется двум». И, чтобы подчеркнуть это утверждение, внезапно вспомнив о своем обещании записать все расчеты, он подошел к доске и добросовестно написал: «1+1=2»